Более половины россиян ассоциируют статус иностранного агента с предательством и работой на иностранные государства, показал опрос ВЦИОМ. 28% респондентов связывают этот термин с предательством, 13% — со шпионской деятельностью и диверсиями. Поддержка закона об иноагентах выросла с 54% в 2022 году до 65% в 2025 году. Аналитики отмечают, что термин стал не только юридическим статусом, но и культурным маркером, разделяющим общество на "своих" и "чужих".
Аналитический центр ВЦИОМ провел мониторинговый опрос, результаты которого показывают изменение общественного восприятия статуса "иностранный агент" в России. Согласно данным, более 60% граждан воспринимают этот статус негативно.
28% опрошенных ассоциируют термин "иноагент" с предательством. Ещё 13% связывают его со шпионской деятельностью и диверсиями. По данным ВЦИОМ, в общественном сознании сплелись советские образы (лазутчик, засланный казачок) и современные политические элементы (пятая колонна).
Рост поддержки закона
Поддержка закона об иноагентах за три года выросла на 11 процентных пунктов. Если в 2022 году его одобряли 54% россиян, то к 2025 году этот показатель достиг 65%. Доля противников маркировки за тот же период сократилась в полтора раза.
Закон поддерживают во всех возрастных группах. По мнению социологов, на это могла повлиять консолидация общества вокруг власти в условиях внешнеполитической напряжённости с Западом.
Осведомлённость о законе также выросла: 75% россиян знают о существовании статуса иностранного агента.
Как воспринимают термин
Аналитики ВЦИОМ отмечают, что концепция иноагента для граждан России строится на негативных смыслах. Термин явно стигматизирован — редко в отношении него встречаются нейтральные или позитивные ассоциации.
Многие воспринимают иноагентов не только как людей с иными взглядами, но и как предателей, действующих против страны. Этот ярлык выражает эмоциональное отношение: страх, раздражение, недоверие.
Впрочем, есть и те, кто воспринимает термин через призму инакомыслия, оппозиции и борьбы за правду. Однако таких респондентов меньшинство.
Узнаваемость образа
В последние годы образ иноагента стал более узнаваемым. Примечательно, что восприятие этого статуса сфокусировано на знаменитостях, а не на юридических лицах или общественных организациях.
Слово в основном ассоциируется с музыкантами, артистами и блогерами, а не с правозащитниками или политиками. ВЦИОМ отмечает успешную "медиатизацию": "иноагент" стал "этикеткой" для некоторых публичных людей.
Термин прочно вошёл в культурное поле, закрепившись в нём крепче, чем в политическом пространстве. При этом остаётся немало людей, которые не могут назвать никого из иноагентов.
История вопроса
Термин "иностранный агент" впервые появился в российском законодательстве в июле 2012 года в рамках поправок к закону о некоммерческих организациях. Изначально он касался только НКО, получающих финансирование из-за рубежа и занимающихся политической деятельностью.
С 2020 года под определение попадают и физические лица, получающие иностранное финансирование и публикующие материалы, связанные с политической деятельностью.
В 2022 году законодательство расширилось: иностранным агентом может быть признано лицо, находящееся под иностранным влиянием. В 2024-2025 годах внесены новые поправки, ужесточающие контроль над деятельностью иностранных агентов.
